Михаил Миндзаев: спецслужбы Грузии активизировались в зоне конфликта с Южной Осетией

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Грузия нарушает все международно-признанные права человека в зоне грузино-осетинского конфликта. Об этом сегодня корреспонденту "Кавказского узла" заявил министр внутренних дел Южной Осетии Михаил Миндзаев, комментируя задержание грузинскими спецслужбами 23 марта у с. Авневи гражданина Южной Осетии Алана Джиоева.

"Грузинская сторона нарушает всеми признанные нормы человеческого права. Мне бы не хотелось, чтобы нас поставили в такое положение, чтобы не осталось другого пути, кроме как отвечать тем же самым. Если это произойдет, это будет огромный виток напряженности, и тогда не будет оправдания ни нам, ни грузинам, особенно грузинам, потому, что они все это начали", - заявил Миндзаев.

В ЮО утверждают, что Алан Джиоев был задержан грузинскими спецслужбами по пути из столицы Южной Осетии в пос. Знаур на грузинском полицейском посту в с. Авневи.

Ранее некоторые средства массовой информации сообщили о том, что грузинские спецслужбы задержали 23 марта у с. Авневи гражданина Южной Осетии Радиона Абаева, однако после уточнения оказалось, что задержанного зовут Алан Джиоев.

Как рассказал корреспонденту "Кавказского узла" сам пострадавший, его задержали грузинские полицейские и после двухчасового ожидания отправили в Гори (ближайший к границам Южной Осетии грузинский город) якобы для экспертизы машины.

"В Гори меня привели в какое-то здание. Отделение МВД или что, я не понял. Осмотрели меня, нет ли шрамов от пулевых ранений и т.д. Спрашивали, сколько грузин я убил. Когда я ответил, что во время войны меня на территории Южной Осетии не было, они стали допрашивать меня о том, кто из моих знакомых служит в наших силовых ведомствах. Называли какие-то имена. Требовали, что бы я написал список знакомых ополченцев. Я отказался, сказав, что в основном бываю в Северной Осетии, и я ничего об этом не знаю. Затем стали бить", - рассказал пострадавший.

По словам Алана Джиоева, ему грозили арестом и требовали сотрудничества с грузинскими спецслужбами.

"Мне стали угрожать, что в моей машине нашли гранату и что меня арестуют. Я им сказал, что не я первый арестован грузинской стороной без причины, и не я последний, и если нашли гранату в моей машине, которой там быть не могло, то найдут и еще все, что угодно", - сообщил Джиоев.

Он также отметил, что те, кто его допрашивали, никаких удостоверений не предъявляли.

"Периодически они выходили в коридор, совещались, как со мной поступить. По какой статье арестовать - по незаконному хранению оружия или хранению наркотиков. Но потом тот, кто задержал меня в Авневи, сказал, что с его стороны я чист, и пусть другие поступают со мной как хотят. Они еще посовещались и все же отпустили меня. Я до сих пор не могу в себя прийти. Мне повезло, ведь я мог оказаться ни за что в тюрьме", - заключил Джиоев.

По мнению осетинского эксперта Андрея Битарова, грузинские спецслужбы активизировали свою деятельность на территории зоны конфликта для решения двух главных для них задач - дестабилизировать ситуацию в Южной Осетии и воспрепятствовать миротворческим силам от РФ и РСО-Алании выполнять свои непосредственные обязанности.

"МВД Грузии пытается "доступными" ему методами и средствами решить поставленные перед ним задачи. А поскольку ведомство В. Мерабишивли живет вне права и морали, и методы "урегулирования конфликта" у них соответствующие - проведение терактов, похищение людей, информационно-психологическая война, экономическая, гуманитарная и информационная блокада Южной Осетии и массовые нарушения прав человека. Именно так грузинское руководство понимает термин "мирное урегулирование конфликта": оружием пользоваться нельзя, но взрывать, похищать, калечить, морить голодом и оставлять без воды можно", - подчеркнул Битаров.