Снижение избирательного барьера и другие проблемы избирательной системы Армении
Одной из спорных тем в политике Армении последнего месяца стал избирательный кодекс. Об этих спорах написал Тигран Петросян на Кавказском узле. Поскольку события и ряд комментариев там приведены, я могу сконцентрироваться на анализе этой проблемы.
Начнем с того, что Республиканская партия Армении и блок «Царукян» против снижения избирательного барьера в 5%/7%. Якобы, в политику пройдет мелочь пузатая, а они, крупные и серьезные партии, не хотят мелочиться. Сложно понять, какими мотивами они руководствуются в этих дебатах. Если это личный интерес, то он должен их толкать на то, чтобы снизить барьер до 3%, а не до 4%. Напомню, два месяца назад рейтинг РПА был ниже 5%, а рейтинг Царукяна едва превышал эту линию, но не дотягивал до 7%. Это означает, что у обоих политических сил есть хорошие шансы не пройти в будущий парламент при нынешнем барьере. Кроме того, в парламент вполне могут не пройти дашнакцаканы и «Светлая Армения» - партнеры Пашиняна по блоку «Елк» и, наконец, блок «АНК». Более того, уверенные шансы на проход в новый парламент будет иметь только партия «Гражданский договор» Никола Пашиняна, и теоретически может так сложиться, что она одна и займет весь парламент, чего они, естественно, не хотят. При другом раскладе, Пашинян может пойти на выборы в составе блока «Елк», но тогда вероятность, что только одна политическая сила будет в парламенте только вырастет.
Возможно, РПА все еще считают, что если не 50%, то хотя бы 15% они смогут набрать, но сильно сомневаюсь, как после дела Манвела Григоряна, а также дел вокруг семьи Сержа Саргсяна это возможно. Но если РПА набирает 15%, а какая-то сила 4.5% (поскольку предполагается, что барьер снижается с 5% до 4%), то РПА сможет получить 15% от этих 4.5% мест в парламенте. Иначе говоря, меньше чем одно место. Очень слабый приз и мелкая возня, особенно учитывая, что самым большим кандидатом на получение 4.5% и является РПА.
Если с этого уровня перейти на чуть менее практический, то нужно понимать, что никакой необходимости договариваться с 3%-ными партиями у власти не будет. Как и в прошлом, власть будет в состоянии единолично сформировать правительство и может создать коалицию разве что ради блажи, как это и делали в последние годы республиканцы. В этом случае, что за проблема в том, чтобы снизить избирательный барьер, чтобы партии, которые по-другому не прошли бы, все же оказались в парламенте? Кроме того, чем принципиально отличается согласование с 5%-ными партиями от согласования с 4%-ными партиями, если РПА взяла на свой тягач дашнаков после прошлых выборов, когда, как считается, РПА сильно помогла им преодолеть 5%-ный барьер – и в итоге впустила в коалицию, которая состояла из одной 50%-ной и оной 5%-ной партии.
Если же говорить о принципе, то он, на мой взгляд, должен состоять в следующем: если за партию проголосовали, то она должна быть представлена в парламенте. Какой-то разумный барьер нужно установить, в первую очередь такой, чтобы партия, которая не может получить один целый мандат, не смогла бы войти в парламент. На практике, в прошлые годы это выглядело так: РПА включила в свой состав лидеров примерно 5 миноритарных партий и представляла также их. То есть, прошлая система способствовала концентрации партий в парламенте, их укрупнению, и, в конечном счете, полуавторитарному правлению, бесславно закончившемуся совсем недавно. Сохранение барьера на прошлом уровне, которое я считаю неприемлемым, в конечном счете приведет к тем же последствиям.
Если говорить о европейских странах, то там есть совершенно разный опыт и 5%-ный барьер не является редкостью. Но немало стран, где барьер 4%, 3% и 2%, а есть также Нидерланды, где он составляет 0.67%. 4% или даже 3% является для армянских партий оптимальным барьером, который позволит обеспечить многопартийность парламента и даст возможность партийной системе немного укрепиться, а не обеспечивать систему, в рамках которой одна или две силы имеют гарантию прохождения в парламент, а все остальные балансируют на грани, постоянно деформируясь и разваливаясь. Кстати, все, что написано выше – касается и Грузии.
Еще одной проблемой являются рейтинговые списки. Рейтинговая / территориальная система в армянском изводе предполагает, что в каждом избирательном округе можно выбрать одного из многих представителей партии, благодаря чему обеспечивается конкуренция на местах и присутствие местных депутатов в национальном парламенте. В принципе, система неплохая, но у нее есть два серьезных минуса. Во-первых, избирателю выдается десять бюллетеней на участке, а это безобразие с организационной точки зрения, создает путаницу, которой могут пользоваться более сильные стороны. Во-вторых, учитывая ситуацию в политике и экономике Армении, по сути бизнес-элиты регионального уровня вовлекаются в борьбу за место путем избирательных взяток, что привело к давлению на избирателей и массовой коррупции на выборах.
Поэтому теоретически эта система может существовать, но не в ближайшие десять лет. Только когда будет гарантия, что не будут раздаваться взятки и «обещания» (фьючерсные взятки в версии благотворительности от Гагика Царукяна), эта система будет иметь смысл.
Что касается регионального представительства, чем мотивировалось существование мажоритарных округов, то и здесь не вижу никакой практической пользы. В армянской политической традиции политическая конкуренция пока не сформировалась не только на уровне сел и городов, а также регионов, но и на национальном уровне. А значит, регионы представляли всегда случайные люди, которые кроме происхождения ничего общего с регионами не имели. Поэтому, регионы представлялись не теми людьми, которые выносили проблемы регионов на национальный уровень (ради чего все и было задумано), а людьми, которые выиграли соревнование за ресурсы. Это, конечно, хорошо, но не совсем о демократии, на идее которой построена политическая система.
Поэтому, как мне кажется, мажоритарии, рейтинговые списки и другие формы представительства регионов вполне допустимы, но не сейчас, когда есть задача сконцентрировать усилия на конкуренции на национальном уровне. Разумеется, у «Елка» и Никола Пашиняна есть свой резон в этом – они опасаются республиканских кадров на местах. Боятся, на мой взгляд, зря, поскольку у РПА больше не будет шансов получать мажоритарные округа и платить взятки за голоса. Исполнительная власть имеет все ресурсы чтобы это предотвратить и если партии будут этого избегать, то они от этого только выиграют, поскольку каждый инцидент будет становиться предметом публичного расследования и разбирательства, а в то что олигархов очень любили на местах, не очень верится.
