В далеком Илису селяне жалеют австриячек, сбитых водителем на Евроиграх

Вчера уехал, даже можно сказать – смотался, убежал, сорвался в Баку. Евроигры красиво открыл, трем азербайджанским спортсменам золотые медали вручил – что еще мне в Баку делать?
После 350 км на шоссе въехал в славный город Шеки, бывшая Нуха.

Шекинцы славятся своеобразным певучим говором и специфическим юмором. А останавливаюсь я в Шеки обязательно, чтобы поесть там пити – интересное, высококалорийное блюдо, готовится долго на медленном огне и обязательно в глиняных горшочках.

После одной тарелки пити я этот день могу не ужинать и заняться по приезду расконсервацией и уборкой дачного пространства.
Про пити: на одного едока в горшочек закидывают говядину, кусок овечьего сала (вырезают из жирного курдюка), лук и пригоршню гороха. Через несколько часов варки пити готово. К столу подается репчатый лук, сумах и перец . Лук помогает жиру в желудке перевариться, а горох – подлый, но очень энергоемкий продукт, вместе с жирным супом был незаменим, когда селяне по настоящему заправлялись только раз в сутки – вечером, вернувшись после тяжелого дневного труда.
Сегодня пити – блюдо-экзотика, также как и все древние народные блюда. В городе возиться с кипящими на конфорке горшочками мало кто будет, а главное – нет того физического труда, который переварил бы эти калории. Наевшись курдючного сала, мы трансформируем его в собственный телесный жир, от которого потом не избавиться никакими штангами и пробежками.

После пити обязательно надо напиться горячего чая с оригинальным шекинским цветным сахаром. В этом городе исстари приготовляют пахлаву и прочие типично местные сладости, куплю на обратном пути в столицу.

Проехав через Шеки и фотографируя из автомобиля, я застрял на выезде, удивленно щупая отказывающийся завестись двигатель. Счастье, что машина остановилась совсем рядом с автомастерской. Два грамотных и современных шекинских парня протестировали предохранители и сняв заднее сиденье, открыли бензобак. Оказалось, нет бензина, хотя я заправил в Халдане 20 литров, и не могли эти литры так скоро исчезнуть. Долили, завели, с тех пор не знаю: то ли меня халданцы надули, а может, немцы разучились делать автомобили? Второе мне кажется вероятным. В Фольсвагенах датчики уровня топлива врут, читал об этом в Интернете. Странно и непонятно, не сходится с утверждением о германском качестве.
К вечеру, купив на рынке продукты в расчете на одного меня, вновь оказался на даче в Илису, где думаю пожить две недели. Ночью здесь прошел сильнейший дождь с громом и молниями. Красиво, влажно и прохладно.
Возвращаясь к высококалорийной пище замечу: илисуницы – а я вернулся в это село, зажатое кавказскими горами, с удивлением рассматривают тоненьких девушек-туристок, съедающих за день еду, умещающуюся в ладони чабана, и посмеиваются над ходячими азербайджанскими животами, вылезающими из Тойота-Прадо. Физический труд в Илису и вообще в наших селах сохранился, толстых в этих краях увидеть крайне сложно.

Встречался с соседями. Все обсуждают трагедию, произошедшую в Баку за день до открытия Европейских игр – водитель гигантского туристического автобуса задавил трех спортсменок -австриячек. Все живы, но одна вряд ли вернется в спорт. Селяне жалеют девушек и последними словами кроют идиота-водителя. Я добавляю мои сердечные слова в адрес организаторов Игр, нанявших таких горе-водителей. Действительно, горе…
Оказывается, видеозапись с дорожной камеры наблюдения здесь все смотрели, запись разошлась по мобильным телефонам.
Век информационных технологий добрался до самой далекой нашей горной деревушки. В наше время никого не обдуришь, пустыми словами не завалишь, это невозможно, если простой крестьянин видит в своем карманном аппарате происходящее вдали за сотни и тысячи километров. Появись Сталин, его пропагандисткие мифы быстро разоблачили бы. Тем более, что сегодняшние Сталину в подметки не годятся.