В Чечне отмечают 66-ю годовщину депортации.Часть 1.История Адама Мухуева
Все эти дни здесь в Москве шел снег, сугробы выросли, все вокруг укутано в снежное покрывало, дороги, дома. Машины с причудливыми снежными «прическами, уткнулись носами» на обочине дорог. Праздник 23 февраля ощущается в магазинах, у сотрудников магазина на шеи повязаны косынки комуфляжной раскраски, как пионерские галстуки. Корзины покупателей заполнены бутылками со спиртным.. Я подумала, кому праздник, кому трагедия … Сколько их осталось навечно в 44-ом по дороге в далекий, и холодный Казахстан? Сколько пережили оставшиеся в живых? Поколение перенесшие годы депортации, уходят от нас, унося с собой страницы трагической истории народа. Вспомнила рассказ, Заремы Магазиевой сотрудницы грозненского офиса «Мемориал»,одна из многих историй ее дяди.Хорошо, что кто-то из нас находит время, чтобы собрать воспоминания и записать их..
Рассказ Заремы:
« Я еще с осени собиралась к дяде поехать, чтобы записать воспоминания о депортации. А когда, собралась, тут снег пошел, гололедица.Две недели невозможно было попасть в Орлиное Гнездо. Как только расчистили дорогу от снежных заносов, я поехала к дяде Адаму.
Дорога от п. Городка до этого маленького поселка с красивым названием около 10 километров. Маленькие поселки Городок, Горогорск, Майский, Чу-Чу, Комарово находятся на одной плоскости Сунженского хребта, между ними 5-8 километров. Основаны были эти поселки еще в 30 годах прошлого века нефтедобывающей промышленностью, а затем здесь начали селиться животноводы. В Советские времена здесь было развито овцеводство. Это одна из самых высоких точек Сунженского хребта, ветер здесь дует круглый год, а зимой - с воем, метелями, как в холодных казахстанских степях. Вокруг тихо и величественно, хребты за хребтами уходят в бесконечную даль. Именно здесь поселился после возвращения из Казахстана Мухуев Адам.
Мы приехали, нас встретил волкодав по кличке Медведь. Недалеко во дворе кормит лошадей дядя Адам, ему лет 76. Человек он особой судьбы. Работал много, не жалел себя, не отдыхал, всегда довольствовался малым.
У него особое отношение к своей религии, терпимость другим конфессиям. Исключительная, и глубоко личная сосредоточенность на Аллахе, в молитве. Не знаю, можно ли так сказать, но мне кажется, что между этим человеком и людьми, которых называют праведниками, которых давно нет на земле, есть некая духовная связь. В феврале 1944 года мальчишкой без одежды, босой, шел он по снегу. Может, тогда в его душе произошла некая эволюция. Он не получил даже школьного образования. И кто поверит, что тогда, до выселения, в школе он был вундеркиндом, рано пошел в школу и переходил через класс.
23 февраля 1944 г. Мухуеву Адаму было 10 лет, их было 12 детей в семье, старший брат воевал, дети росли с отцом без матери. Они жили рядом с моей бабушкой, моему дяде Салману было 7 лет, он был старшим ребенком в семье. Отца их арестовали еще в 1943 году, и моя бабушка одна воспитывала четверых детей, моему папе было два года. Они жили в горном селении Ригах, раскинувшемся около 10 -12 километров от Кезеного – Ама. На одной широкой улице дома располагались в 5-6 метрах друг от друг, а вокруг в лощинах, по речке, или на солнечных сторонах горных гребней лежали маленькие поселения Пхьара-ойла, Г1ази- ойла, Торсан- ойла, Лаха –ойла.
В январе 1944 в горах появились войска. Они расселились в основном в домах у горцев, а также в свободных помещениях. За несколько дней до выселения собрали всех жителей села на сход. Военные долго говорили о ходе военных действий на фронтах Великой Отечественной, о помощи населения в тылу.
