России снова нужны герои. Такие, как Анна Политковская, непоколебимо продолжающая свою журналистскую работу в Чечне

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

В субботу российская журналистка Анна Политковская была награждена медалью Кестена Пен-центра Германии. Дирк Загер, руководитель московской студии ZDF, выступил с хвалебной речью, в которой он клеймит позором безжалостное угнетение чеченцев со стороны России, а также Запад, который закрывает на беды глаза.
"Мы живем в мрачные времена". Эти, написанные ею слова, - не цитата, а констатация. И она не просит снисхождения у последующих поколений. Она хочет, чтобы преступления не оставались незамеченными, она хочет помощи для страдающих - сегодня.

Она требует понять, что же происходит в новой России, получающей благословение со стороны Запада. Она учит понимать ответственность. Анна Политковская пишет: "Мир, Запад, международное сообщество заняли позицию стороннего наблюдателя, позволяют нашему правительству делать в Чечне все, что оно хочет, одновременно процветают официальная ложь и демагогия". Более откровенным обвинение быть не может - она бросает камень в огород международных отношений, в адрес повторяющихся сердечных и больше чем сердечных встреч, в ходе которых Чечня является всего лишь какой-то далекой, второстепенной ареной действий.
Чечня - измученный регион на Северном Кавказе. Кто упоминает о ней на официальном политическом паркете, сразу же превращается в нарушителя общественного спокойствия. Анна Политковская хочет быть нарушителем спокойствия. Она - не Кассандра, делающая мрачные прогнозы. Она пишет о том, что видит.

Ложь периода войны

Ложь периода войны - накануне, во время войны и после нее - сродни феномену. Отвратительное ремесло, движимое цинизмом, находит все новых мастеров. В данном случае удивляет не готовность идти на хитрости пропаганды, а последовательность, с которой искажается действительность и замалчивается правда.

Я не хочу заглядывать далеко в историю. Однако у любой истории есть предыстория. В данном случае она учит, почему чеченцам так трудно считать свою страну частью России. Предыстория начинается в российской империи, которая была не в состоянии вести свой собственный народ в мир цивилизации и ввергла народы Северного Кавказа в непрекращающиеся войны. Затем - сталинский Советский Союз, террор, завершившийся на Кавказе депортацией чеченцев в степи Казахстана. Сколько людей погибло? Называют цифру - 200 000 человек. Это статистика ужасов, за которой стоят страдания и несчастья людей и целых семей. Они вернулись на свою родину через 15 лет и начали все с начала.

Кто видел в начале девяностых годов ненарушенный мир их сел, тот не мог говорить о диких и лишенных культуры горцах. Поэтому не было ничего удивительного, что чеченцы - когда Ельцин во время предвыборной кампании в 1991 году ездил по стране и призывал народы России, брать столько независимости, сколько они в состоянии проглотить, - решили встать на путь независимости. А потом для Чечни и России наступило время большого несчастья.

С той поры нет конца ужасам, нет конца лжи. Наоборот. Ложь во время первой чеченской войны была откровенной маскировкой, с помощью которой наивные генералы и политическое руководство, у которого было не все в порядке с моралью, оправдывали свои ошибки.

Во второй чеченской войне, которая началась с приходом президента Путина, ложь стала системой. Патриотическая кулиса стала составной частью его избирательной кампании. Помешать в этом могли только те, кто нес правду. Система включала закрытие критически настроенных независимых телеканалов. Иностранных корреспондентов допускали в Чечню только в составе групп, находящихся под контролем властей. Эта практика сохраняется и сегодня. Кто проникает туда тайно, подвергается опасности быть арестованным военными, сотрудниками спецслужб, войсками Министерства внутренних дел.

Все это должна учитывать в своей работе Анна Политковская. Она едет в села, туда, где во время ночных зачисток, проводимых российскими войсками, исчезают мужчины, а во время вооруженных нападений не делается снисхождения для детей. Она стоит у мест массовых захоронений, оказывается у ворот секретных тюрем.

Безымянные страдания народа

Она фиксирует несчастье людей в стране. Но она одновременно и сама дичь, поскольку пишет о другой Чечне, а не о той, о которой рассказывает президент Путин своим соотечественникам, а также государственным мужам на Западе. Это Чечня лишенного прав населения, в которой никто не застрахован от нападений, от пыток и гибели от рук оккупантов. Это Чечня плачущих женщин, потерявших своих мужей и не способных защитить своих детей. Это безымянное страдание маленького народа, которого под лозунгом "альянса против террора" лишили последней защиты - критического внимания со стороны Запада.

Однажды в Москве ей была отведена публичная роль. Когда чеченские террористы захватили заложников в московском Музыкальном театре, чеченцы призвали ее выступить в качестве посредника. Но руководство государства уже давно приняло решение продемонстрировать свою силу.

Она становится свидетелем и несчастья России - страны, в которой контролируемые государством средства массовой информации вводят в заблуждение граждан. Основным инструментом для насаждения путинской "управляемой демократии" проявили себя федеральные телеканалы. Дискуссий столь критического характера, как это было после катастрофы с "Курском" и трагедии в Музыкальном театре, сегодня на телевидении быть не может.

Анна Политковская работает в небольшой газете в Москве: в "Новой газете". Это мужественная газета. Главный редактор Дмитрий Муратов однажды сказал, что у властей было бы не мало причин, чтобы закрыть ее. Что бы это означало - наверное, конец карьеры. Но Анна Политковская рискует своей жизнью. Иными словами, мы говорим о России, которая нуждается в героях.

Свидетельница несчастий России

Это Россия, которая в своей истории охотно обращается к Петру Великому, но чье политическое руководство не желает говорить о недавнем прошлом. Никаких конкретных вопросов относительно преступников и их жертв и того, как же все это произошло.

КГБ продолжает жить под новой аббревиатурой. Одним из его сотрудников является президент, поставивший многих своих бывших коллег на государственные посты. Он даже выступает в своих речах с похвалами по поводу больших заслуг дома на Лубянке. Армия, в свою очередь, не собирается избавляться от своих советских традиций и становиться частью демократического общества.

Анна Политковская пишет не только о беде Чечни. Она пытается предотвратить также беду для России: крушение молодой демократии. Мужественный голос Анны дает нам возможность слышать другую Россию.

Опубликовано 17 ноября 2003 года.