Юристы усмотрели угрозу сурового приговора Балабанову

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Оглашение показаний, данных Михаилом Балабановым на предварительном следствии, может утяжелить наказание, так как они содержат признание в ненависти к российскому руководству, заявили опрошенные "Кавказским узлом" юристы. По их мнению, защите вряд ли удастся опротестовать это признание.

Как писал "Кавказский узел", 31 января военный суд в Ростове-на-Дону начал рассматривать дело Михаила Балабанова, обвиняемого в подготовке к поджогу военкомата в Невинномысске. Подсудимый признает вину частично: он не отрицает совершения конкретных действий, но отказывается признавать их приготовлением к теракту. Защита требует обоснования квалификации дела по террористической статье и указывает суду на свидетельства провокации со стороны силовиков. На заседании 3 апреля были зачитаны показания Балабанова, где содержится заявление о ненависти к российскому руководству.

Опрошенные 8 апреля корреспондентом "Кавказского узла" юристы прокомментировали оглашение в суде показаний Михаила Балабанова, которые были даны им на предварительном следствии и в которых присутствовала фраза о ненависти к руководству России после начала СВО. По их мнению, речь идет о попытке ужесточить наказание Балабанову, и выразили сомнение в том, что защите удастся опротестовать эту фразу.

На первый взгляд оглашение показаний - это попытка обосновать наличие у Балабанова "экстремистского мотива", заявил юрист Дмитрий Гурин.

"Вывод суда о его наличии позволит ему установить отягчающее обстоятельство, предусмотренное пунктом "е" части 1 статьи 63, и, следовательно, назначить более строгое наказание", - заявил он. 

Эксперт отметил, что в подавляющем большинстве случаев суды при рассмотрении уголовных дел занимают позицию обвинения. "Добиться того, чтобы суд признал доказательства стороны обвинения сфабрикованными, отклонил их и отдал предпочтение версии стороны защиты, крайне сложно. Особенно если речь идет о ключевых "доказательствах", вокруг которых строится все обвинение. Поэтому шансы на то, что суд согласится с доводами защиты, невелики", - подчеркнул он.

Руководитель независимого правозащитного проекта "Поддержка политзаключенных. Мемориал" Сергей Давидис отметил, что эта фраза очень важна, поскольку позволяет ввести отягчающий мотив, а в некоторых статьях УК это квалифицирующий признак, увеличивающий наказание. "При этом это такое утверждение, которое сложно проверить при отсутствии текстов" - заявил он.

Давидис также подчеркнул, что следствие обычно стремится, особенно сразу после задержания, когда человек находится в угнетенном психологическом состоянии, получить удобные для себя показания. "С точки зрения стандартов права, если человек не подтвердил показаний, данных на предварительном следствии, суд не принимает их. Но в России стандарты права не соблюдаются, и практика, когда  приговор выносится на основе показаний, полученных на предварительном следствии, даже если  человек (обвиняемый или свидетель) не подтверждает их, довольно распространена. Сделать с этим ничего невозможно. К сожалению, за отсутствием ЕСПЧ, внутренних механизмов, позволяющих это исправить, нет, - заметил он.

Давидис также отметил, что дело Балабанова относится к разряду дел "с явным участием третьих лиц, которые сподвигают обвиняемого к неким действиям или создают основу для обвинения". "И таких обстоятельств больше в делах, о которых у нас мало информации и где фигурируют люди, которые вряд ли были противниками войны или мобилизации, и были сподвигнуты к своим действиям некими другими людьми", - рассказал он.

Адвокат Евгений Черноусов отметил, что, согласно УПК, если показания подсудимого на суде отличаются от показаний, данных на предварительном следствии, суд должен задать вопросы о причинах отличий. "В случае, если он откажется отвечать на вопросы, это толкуется не в его пользу. Суд использует показания, данные на предварительном следствии, и именно на их основе выносится приговор", - подчеркнул он.

* деятельность компании Meta (владеет Facebook, Instagram и WhatsApp) запрещена в России.