Аналитики объяснили причины конфликтов вокруг земель у мечетей в Дагестане

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Территории вокруг мечетей в Дагестане привлекательны для ведения бизнеса, поэтому споры вокруг них нередки, заявили опрошенные "Кавказским узлом" журналисты и кавказовед, комментируя инцидент в селе Карабудахкентского района. 

Как писал "Кавказский узел", 12 мая стало известно о задержании жителя села Манаскент после инцидента со стрельбой в мечети. Конфликту предшествовал спор собравшихся на сход сельчан о земельном участке, рассказали местные жители. 

Споры за территории вокруг мечетей не являются редкими в Дагестане, отметил главный редактор информагентства "Дербент" Милрад Фатуллаев. "Подобных инцидентов было много. В основном они происходили, когда началось активное строительство мечетей в 1990-2000-х годах, начался исламский ренессанс и общее число мечетей в республике достигло порядка полутора тысяч. Вокруг них собирались различные группы влияния, в том числе те, кто хотел использовать территории для заработка. Тогда и возникали конфликты. Порой причинами конфликтов становилась и религиозная составляющая, но она носила второстепенный характер. Первостепенное значение имело все-таки влияние на умму (религиозную общин), а в сельской местности - на местную общину. Тот, кто возглавлял мечеть, становился влиятельнее не только главы села, но иногда и самого района", - рассказал он корреспонденту "Кавказского узла".

Однако сейчас уже это влияние снизилось, из-за чего произошло снижение подобного рода инцидентов, отметил Фатуллаев. "Вряд ли данный инцидент связан с религиозными причинами. Скорее всего, там чисто экономические, хозяйственные причины", - предположил он.

При разрешении земельных вопросов учитывается местный менталитет, пояснил главред. "На законодательном уровне все это плохо урегулировано, у нас нет вакуфных (религиозных) земель. Зачастую принадлежность территорий основывается на том, что сами люди знают, чья эта земля, за какой фамилией, родом она была закреплена раньше. Все это смешивается, начинается путаница, возникает конфликт, который на месте решить не получается. В правовом государстве есть одно решение – это закон. Но специфика таких споров в том, что приходится учитывать местные, исторические, ментальные особенности", - отметил Фатуллаев.

Если мечеть относится к муфтияту республики, то такие конфликты быстро разрешаются, так как авторитет у духовного управления огромный, сказал он. "[Но это происходит] не только потому, что эта структура огромная, финансово обеспеченная, со своими группами поддержки. У них полное единение с властью, правоохранительными органами", - предположил Фатуллаев.

В Дагестане все чаще пытаются решать проблемные вопросы путем обращения к религиозным деятелям, не только земельные, но и споры, касающиеся  личного и семейного характеров, сказал он. "Если конфликтующие стороны не могут разрешить возникшие вопросы законодательным путем по разным причинам, то они обращаются в шариатский суд. В этом случае они берут обязательство друг перед другом выполнить принимаемое решение. А невыполнение его наносит огромные имиджевые потери, и о нем становится известно большому количеству людей", - рассказал Фатуллаев.

Земельные конфликты в Дагестане будут становиться острее из-за возросшего интереса к земле, в том числе из-за ее рекреационной привлекательности, считает главный реактор газеты "Новое дело" Гаджимурад Сагитов.

"Пока еще не продуманы эффективные механизмы, как урегулировать эти конфликты, поэтому они затягиваются на годы. А стандартные схемы, которые спускаются с федерального центра, не всегда приемлемы. Общий шаблон, который используется, к примеру, в регионах с большим запасом земель, в данном случае не подходит [...] у республики должен быть особый статус, и парламент должен иметь веское слово в вопросе определения механизмов урегулирования земельных конфликтов и правил использования земли", - сказал он корреспонденту "Кавказского узла".

Жители республики все чаще обращаются для решения возникших проблем к религиозным деятелям, так как сами государственные правовые институты не всегда считаются с законом и не соблюдают его, отметил главред.

"В мечети гораздо оперативнее решаются конфликтные вопросы экономического или политического характеров. Отсюда и конкурентное преимущество подобных механизмов урегулирования. Неисполнение договоренностей, достигнутых в мечети, намного сильнее порицается обществом, чем, к примеру, невыполнение требование госорганов", - добавил он.

Территории возле мечетей представляет определенный коммерческий интерес, так как там можно открыть магазины по реализации исламских товаров, сообщил корреспонденту "Кавказского узла" старший научный сотрудник Центра евроазиатских исследований МГИМО Ахмет Ярлыкапов. "В основных в таких магазинах продаются благовония, исламские духи, которые не содержат спирта, религиозная литература, другие популярные товары, а также продукты с маркировкой «халяль». Мечети достаточно посещаемы", - пояснил он.

Интерес к территориям зависит от юридического статуса мечети как организации, сказал Ярлыкапов. "Все зависит от того, как они зарегистрированы. Если это общественная организация, то [нужно знать], может ли она вести какую-то коммерческую деятельность или сдавать в аренду участки. Если организация может сдавать земли в аренду при мечети или открывать предприятия, которые приносят коммерческий доход, то в это вовлекаются определённые интересы. Есть масса тонкостей, и от них зависит степень интереса к землям вокруг мечети", - добавил он.

* 21 марта Тверской суд Москвы запретил в России деятельность компании Meta (владеет Facebook, Instagram и WhatsApp) в связи с экстремистской деятельностью.