Брат Мовсара Умарова назвал давление властей причиной бегства из Чечни

Следователь допросил родственников Умарова

Теперь, когда Россия дала пояснения по делу Умарова, ЕСПЧ ожидает комментария юристов "Комитета против пыток", которые являются представителями потерпевших. "Нужен наш комментарий, чтобы понять, применять "Правило 39" или нет. Суд дал нам время на ответ до 13 октября, и в ближайшее время мои коллеги из международного отдела отправят им то, что мы успели дополнительно собрать по Мовсару", - сказал корреспонденту "Кавказского узла" руководитель Северо-Кавказского отделения "Комитета против пыток" Дмитрий Пискунов.

Он уточнил, что потерпевшими по возбужденному в Чечне уголовному делу признаны мать, брат и жена Мовсара Умарова. Дело передано в 1-й отдел по особо важным делам чеченского управления Следкома. 7 и 8 октября следователь допросил родственников Умаров.

"Я присутствовал на всех допросах. Я не знаю и не могу пока что знать всю информацию о том, какие действия следователь совершает по уголовному делу, помимо этих допросов. На данном этапе мы не имеем доступа ко всем материалам дела. Но пока мы можем какое-то впечатление получить по тому, как он ведет допросы, проводит те следственные действия, в которых мы участвуем. Допросы потерпевших были проведены, на мой взгляд, довольно неплохо. Следователь обращает внимание на детали, тщательно, подробно опрашивает потерпевших, и при этом не пытается скрыть какие-то факты. Все, что говорили потерпевшие, он фиксировал. Когда мы делали какие-то комментарии, дополнения, он на это реагировал. То есть сотрудничество есть, и это, безусловно, радует", - сказал Пискунов. 

Брат исчезнувшего Муса Умаров поблагодарил юристов "Комитета против пыток" за поддержку на допросах. "Мы-то не знаем всех этих юридических тонкостей. А они обеспечили нам полную свободу действий, чтобы все было законно, чтобы мы не испытывали никаких стеснений при даче показаний. Допрос матери длился около пяти часов, мой - около трех часов. Сноху допрашивали 8 октября, потому что 7 октября не успели. Я не увидел никакого противодействия со стороны следователя, чтобы он попытался бы не внести что-то в протокол допроса из того, что мы говорим. Мы изложили все, что хотели", - сказал Умаров корреспонденту "Кавказского узла". 

По словам супруги Мовсара Умарова Асет Гичаевой, ее допрос длился около четырех-пяти часов, с перерывами на 15-20 минут. Следователь вел себя профессионально, записывал все показания, отметила она. "Потом все распечатал и дал прочитать. Все прошло нормально", - рассказала Гичаева корреспонденту "Кавказского узла".

Умаров покинул Чечню после звонка министра

Муса Умаров рассказал, что был вынужден покинуть Чечню месяц назад, после того, как на странице советника главы Чечни Магомеда Байтуева заявил о его причастности к исчезновению Мовсара Умарова.

"Я под его постом написал, что опознал в нем того Джабраила, который был с нами 7 августа на территории "Нефтеполка" (куда, по данным родственников, был доставлен Мовсар Умаров. - Прим. "Кавказского узла"). Мой комментарий был удален, а 8 сентября мне позвонил [министр информации и печати Чечни] Ахмед Дудаев и спросил меня, в городе ли я. Я ответил, что нет. Тогда он предложил поговорить с ним по видеосвязи, по WhatsApp. Я решил поставить в известность своих родных. Попросил Дудаева прерваться, позвонил близким. Потому что если бы вдруг произошло похищение, то не было бы ни свидетелей, ни камер, и они могли бы приехать. Я позвонил родным, и они сказали, что, возможно, готовится что-то нехорошее, предложили мне выключить телефон и срочно приехать в село. Ребята из "Комитета против пыток" тоже сказали, что, возможно, готовится мое похищение. Предложили мне срочно покинуть Чеченскую Республику. И поздно ночью 8 сентября я выехал", - рассказал Муса Умаров.

По словам Мусы Умарова, перед выездом из Чечни он перезвонил Ахмеду Дудаеву. "Он сказал, что он меня не знает, но его обидело и расстроило то, что я <написал о Байтуеве>. Мол, Байтуев очень хороший человек, он давно с ним работает, и поэтому его задело это все. Он предложил мне встретиться с ним и с Байтуевым в Грозном, чтобы, мол, я точно опознал, "Джабраил" ли это или нет. Тут родные сказали мне, что, возможно, Дудаев тянет время, чтобы по телефону определить мое местоположение, и попросили выключить телефон. Я выключил его и уехал из Чечни. Уже месяц я за пределами республики. После этого со мной на связь никто не выходил. Телефон мой выключен. Матери тоже никто не звонил", - рассказал Умаров.

Силовики требовали "успокоить" мать и жену Мовсара Умарова

Ранее, еще до жалобы в ЕСПЧ, к матери Умарова домой приходил сотрудник уголовного розыска Наурского района. "Она живет в станице Наурская. Ее дома не было, это ей соседка передала. Соседке он сказал, что приходил по делу Мовсара. Это было в вечернее время", - сообщил Муса Умаров.

Кроме того, во второй половине сентября, 18 или 19 числа, на связь с матерью Умарова выходили силовики. "Это мне рассказала сестра. Они просили мать прийти на встречу в управление Росгвардии в Грозном. Она отказалась, и они вызвали двух моих дядей - со стороны отца и со стороны матери. Это было уже после того, как "Комитет против пыток" отдал это дело в ЕСПЧ. С ними провели беседу", - рассказал Умаров.

По словам Умарова, его дяди опознали одного из проводивших беседу как высокопоставленного сотрудника Росгвардии. "Со слов моих дядей, он их упрекал в том, что те не могут "успокоить своих женщин", которые разводят шумиху вокруг этого дела. Мол, вам же сказали, что он убежал. "Как вы потом будете власти в глаза смотреть, когда он вернется домой? А вы сейчас власть порочите", - примерно с такой речью он обратился. Еще он сказал, что якобы то ли мать моя, то ли сноха какие-то сообщения делала о том, что машина Мовсара сожжена. И Делимханов говорил, что эта машина находится у них на территории управления. Забирайте, мол, эту старую рухлядь, она не нужна. Мол, ваши женщины писали, что мы ее сожгли, чтобы уничтожить улики. И скажите своим женщинам, что его никто не похищал, не убивал, что он сбежал от нас. Успокойте, мол, своих женщин, чтоб они не распространяли недостоверные слухи. Это сказали и отпустили", - сообщил Муса Умаров.

Никаких известий от Мовсара Умарова до сих пор не было, отметил его брат. "Что сейчас с Мовсаром, мы не знаем. Когда я выехал из Чечни, я связывался с администратором Telegram-канала 1adat. Спрашивал его, принимал ли какое-то участие в этом движении мой брат. Хотел узнать - может, [в этом] была причина забирать моего брата. Он сказал, что нет [, не принимал]. И в этом Telegram-канале они выкладывают информацию, что Мовсар уже давно убит, две-три недели назад. Откуда они эту информацию черпают, я не знаю. Лично у нас никакой официальной или неофициальной информации нет, где он находится. Со слов снохи, с 11 августа с ним никакой связи нет", - заключил Муса Умаров.

Супруга Умарова осталась одна с тремя детьми

Мовсару Умарову - 33 года, его жене Асет Гичаевой - 26. "Мы женаты 10 лет, у нас трое детей: сын десяти лет, дочь восьми лет, младшей год", - рассказала она корреспонденту "Кавказского узла". "Мы жили очень хорошо, дружно, во всем поддерживали друг друга, ко мне и к детям Мовсар относился очень хорошо. Он работал поваром в ресторане, выходные дни проводил с нами. Особо никуда не ходил и не выезжал. Мы ходили вместе гулять, никаких особых развлечений не было. Конечно, очень сложно теперь без него, но надеюсь, что будет все хорошо, и будем мы жить, как раньше, хорошо", - сказала Асет.

После исчезновения Умарова Гичаева переехала к своей матери. "Она нам помогает. И раньше не оставляла без помощи, конечно. Но теперь сложнее", - отметила жена Мовсара Умарова. Дети часто спрашивают об отце. "Переживают. Как могу, успокаиваю. Это все очень тяжело. Я раньше вообще не интересовалась такими историями, не задумывалась даже на эту тему, и вообще не ожидала, что все это произойдет с нами. Конечно, я была шокирована, я даже сейчас не вполне осознаю, что происходит, если честно. Так тяжело - словами не передать", - рассказала она.

"Кавказский узел" ведет хронику вооруженных инцидентов в Чечне, в которой также фиксирует случаи похищения людей в республике.