Россия не уйдет из Грузии

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

В начале апреля в Тбилиси должны продолжится переговоры о выводе российских военных баз из Грузии. Тбилиси жестко настаивает на решении этого вопроса. Об этом заявила в Москве спикер грузинского парламента Нино Бурджанадзе. Затем на киевском саммите глав государств СНГ с этой темой подступил к Путину Шеварднадзе. Потом в Москву из Батуми приезжал спецпредставитель президента Грузии по грузино-абхазскому урегулированию Аслан Абашидзе, являющийся "в миру" президентом Аджарии. Визит не был случайным: одна из российских баз находится непосредственно в Батуми, другая - в непризнанной Абхазии. И, наконец, министр иностранных дел Грузии Ираклий Менагаришвили провел 19 февраля восьмой раунд переговоров (не возобновлявшихся более полутора лет) по военным вопросам с российским министром промышленности, науки и технологий Ильей Клебановым...

Многие аналитики предполагают, что сигнал к наступлению на российские базы Тбилиси получил из Пентагона. И момент был выбран не случайно: в преддверии состоявшейся в начале марта встречи президентов Путина и Шеварднадзе в Тбилиси явно надеялись, что Россия пойдет на определенные уступки. Но сенсации не случилось.

Россия дала понять Грузии, что в ближайшие годы эта тема не может быть предметом переговоров на высшем уровне. По большому счету это был своеобразный ответ Вашингтону, военное сотрудничество которого с Тбилиси, на взгляд Кремля, в те дни превзошло допустимые пределы. Не случайно глава внешнеполитического ведомства Грузии Ираклий Менагаришвили заявлял в интервью "НГ", что "никаких предложений об использовании грузинской военной инфраструктуры для обеспечения возможной военной операции против Ирака со стороны США грузинскому руководству не поступало".

Как известно, до сих пор в Грузии остаются три российские военные базы (РВБ) - в Батуми, в Гудауте (Абхазии) и в Ахалкалаки. Численность военнослужащих этих баз, по разным источникам, составляет от 5 до 7 тыс. человек. Причем, по сведениям "НГ", число военных на базах Россия намеренно увеличивает. По этому поводу осенью прошлого года грузинский МИД даже направлял российскому внешнеполитическому ведомству ноту протеста. Нота была отклонена.

Россия считает, что для вывода военных баз из Батуми и Ахалкалаки нужно 11 лет. По мнению грузинской стороны, это можно сделать за 3-3,5 года. При этом главный российский переговорщик в нынешнем официальном формате Илья Клебанов особенно подчеркивает, что "это исключительно экономический вопрос, а не вопрос политического давления". По его словам, для того чтобы вывести военные базы из Батуми и Ахалкалаки, необходимо построить на территории России два военных городка. Это обойдется в 11 млрд. 743 млн. руб. (с учетом инфляции). Средства могут быть выделены из госбюджета как раз в течение этих самых 11 лет.

Но в конце 90-х из той же Грузии Россия вывела свою довольно многочисленную группировку теперь уже бывшей Федеральной погранслужбы, и пограничников никто особо не обустраивал на российско-казахстанской границе, куда они были переброшены. Можно вспомнить и то, как выводились войска из Прибалтики, стран Центральной и Восточной Европы, особенно из Германии. Десятилетий на это не потребовалось...

Впрочем, по мнению эксперта Института политического и военного анализа Сергея Маркедонова, подобная политическая аналогия не вполне корректна: "Из этих стран Россия уходила, понимая, что влияние там уже невозможно удержать в том объеме, как это было во времена Советского Союза. Что же касается нашего военного присутствия в Грузии, то это имеет для России принципиальное значение. Достаточно сказать, что граница по Кавказскому хребту, придуманная некогда большевиками, - весьма волюнтаристский рубеж, не учитывающий многих политических, экономических и социокультурных реалий. Если Россия в одночасье свернет здесь свое присутствие (не только военное), то ей вряд ли удастся решить собственные проблемы на Северном Кавказе".

Посему Москва не может равнодушно наблюдать за расширением американского военного присутствия в Грузии в непосредственной близости от своих границ, в зоне своих стратегических и геополитических интересов. Не случайно одновременно с возобновлением переговоров по базам Москва стала прощупывать почву в отношении того, что неплохо было бы начать военное сотрудничество с Тбилиси. В частности, именно эта тема обсуждалась главой грузинского военного ведомства Давидом Тевзадзе с послом России в Грузии Владимиром Чхиквишвили - по инициативе последнего. По информации из Тбилиси, грузинская сторона пока расценила предложения российской как "интересные, но не вполне реальные".

Но есть и локальные политические подтексты. Во-первых, это позиция Сухуми. Заместитель министра обороны Абхазии полковник Гарри Купалба уже успел категорично заявить о том, что объекты Гудаутской базы после ухода российских миротворцев будут использоваться военным ведомством непризнанной республики. Совершенно очевидно, что, начнись подобная "приватизация", Грузия никак не сможет вмешаться в этот процесс, а Россия уже умыла руки, объявив, что базы здесь давно нет.

Во-вторых, лидер Аджарии Абашидзе тоже весьма заинтересован в том, чтобы РВБ в Батуми сохранилась как можно дольше. По той простой причине, что она буквально кормит немало жителей столицы автономии.

В связи с этим становится понятным, почему Тбилиси хочет вытеснить РВБ сначала из Батуми и Гудауты, а потом уже поторопить российских военных из Ахалкалаки. Россия, похоже, собирается присутствовать в Грузии столько времени, сколько сочтет возможным. Соответственно российско-грузинские отношения вряд ли скоро нормализуются.

Опубликовано 24 марта 2003 года