Журналисты опровергли слова Кадырова об интерпретации событий 1999 года

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Официальный Дагестан всегда возлагал ответственность за вторжение 1999 года на международные террористические группы и пресса придерживалась этой формулировки, а обвинений в адрес чеченцев не звучало, заявили опрошенные "Кавказским узлом" дагестанские журналисты. 

Как сообщал "Кавказский узел", член "Российского конгресса народов Кавказа", дагестанский журналист и политолог Руслан Курбанов опубликовал 18 августа интервью с Рамзаном Кадыровым, который выразил недовольство упоминаниями Чечни в связи со вторжением боевиков в Дагестан. Кроме того, Кадыров напомнил, тем, кто интерпретировал его слова о последователях имама Шамиля как обращение к жителям Дагестана, что в Чечне "расстреливают шайтанчиков". Пользователи соцсетей раскритиковали Кадырова после публикации интервью, обвинив его в лукавстве, при этом заявив о необходимости сохранить добрососедские отношения между народами Кавказа.

События 1999 года в Дагестане не оценивали как "нападение чеченцев" на республику, и на официальном уровне такая оценка никогда не звучала - всегда указывалось, что на Дагестан напали "банды международных террористов", сообщил заместитель главного редактора газеты "Черновик" Магомед Магомедов.

"И всегда этого принципа власти жестко придерживались, так как Дагестан - многонациональная республика. В те годы существовал Госсовет, и членом Госсовета был и представитель чеченского народа", - сказал Магомедов корреспонденту "Кавказского узла".

Предложение Руслана Курбанова "урегулировать эту терминологию на уровне министерств по делам информации" в принципе осуществимо, но оно уже устарело и больше не актуально, считает Магомедов.

"Дагестанское министерство (Миннац-Минкомрелигии) всегда рекомендовало республиканским СМИ использовать определенную терминологию, характеризующую наиболее острые вопросы. К примеру, события 1999 года описывались как "нападение банд международных террористов", а проявление террористической активности в середине 2000-х годов - как "религиозно-политический терроризм". В обществе и СМИ эти рекомендации воспринимались спокойно, так как было понятно, что эти рекомендации соответствуют принципам СМИ и позволяют исключить "язык вражды" между народами", - рассказал заместитель главреда "Черновика".

Недовольство Кадырова из-за упоминаний Чечни - реакция человека, который не принял события прошлого и предлагает их новую интерпретацию, считает журналист. Приглашение оппонентов к личному диалогу с Кадыровым в этой ситуации можно расценить как психологический прием, полагает Магомедов.

"Это прием: "А ты в глаза повторить сможешь то, что сказал?". Он демонстрирует уверенность в том, что оппонент в личной беседе не сможет устоять под моральным давлением Кадырова и будет соглашаться даже там, где согласиться нельзя", - добавил Магомедов.

Все заявления Рамзана Кадырова направлены исключительно на поддержание его рейтинга и имиджа политика федерального уровня, считает главный редактор информагентства "Дербент" Милрад Фатуллаев.

"Это позволяет ему поддержать высокий уровень упоминаемости в СМИ, свой медиарейтинг. Это необходимо ему, чтобы убедить своего работодателя в Кремле, президента страны, что он является исключительной фигурой в регионе и без него не решаются многие ключевые вопросы, в том числе идеология и трактовка современной истории. Рейтинг, кроме того, позволяет решать ему межрегиональные вопросы и находиться в колоде ведущих политиков", - сказал он корреспонденту "Кавказского узла".

Согласно официальной трактовке событий 1999 года, в Дагестан с территории Чечни вторглись боевики международных террористических групп, подтвердил Фатуллаев.

"Чечня, согласно этой трактовке, стала жертвой недальновидной политики ельцинского правительства: в результате республика, где необычно и болезненно протекал рост национального самосознания, стала удобным плацдармом для деятельности международных террористических групп. И как результат этого, чеченский народ стал самым пострадавшим в современной истории России - две войны унесли жизни, по разным оценкам, от 200 тысяч до 300 тысяч человек", - пояснил главред РИА "Дербент".

По словам журналиста, террористические формирования были приглашены так называемой "шурой" Дагестана - дагестанскими радикалами. Этот факт сам по себе не имел ключевого значения, но был использован как прикрытие и оправдание для вторжения. Фатуллаев также обратил внимание, что сегодня в Дагестане не предъявляются претензии чеченской стороне, хотя роль чеченцев в событиях 1999 года вполне очевидна.

"В российском, дагестанском и даже чеченском общественном историческом сознании утвердился тот факт, что командовали этими подразделениями чеченец Шамиль Басаев и чеченец иорданского происхождения Хаттаб. Также стоит отметить, что тогдашний президент Чечни Аслан Масхадов не осудил вторжение, хотя Махачкала неоднократно просила его выступить с таким заявлением. Он не поддержал, но и не осудил это вторжение. Но никто не говорит о вторжении чеченцев в Дагестан и никогда официально и не говорил так. Либо Кадыров не разбирается в ситуации, что маловероятно, либо он утрирует, упрощает эту ситуацию, выдавая желаемое за действительное, чтобы раскачивать ситуацию и повышать свой рейтинг, работает на свой имидж", - указал главред РИА "Дербент".

Официально при освещении событий 1999 года используется термин "международные террористические банды Хаттаба и Басаева", но некоторые политики и журналисты вольно или невольно допускают выражение "чеченские террористы" или "банды из Чечни", отметил политолог Эдуард Уразаев.

"Это бросает тень на весь чеченский народ, [при такой формулировке] не принимаются во внимание лишения и усилия чеченского народа в борьбе с террористами. В этом смысле, даже если термины не подразумевают чеченский народ, то в молодежной среде их употребление бросает тень на межнациональные отношения. Реакция Рамзана Кадырова, судя по интервью,  это скорее желание объективного отношения к своему народу. Дискуссии о терминах возникали и раньше, и в целом признавалось, что их употребление должно быть аккуратным и точным", - сказал он корреспонденту "Кавказского узла".

Отрицание значительного участия чеченцев в событиях 1999 года некорректно, а главе Чечни следовало бы принять исторические факты, полагает руководитель научных исследований института "Диалог цивилизаций", профессор Алексей Малашенко.

"Есть вещи, которые надо принимать. Это хорошо известная история, именно история, участникам которой надо писать мемуары. Там было много всего, но зачем сейчас это ворошить? Это было тогда, это уже стало историей", - сказал он корреспонденту "Кавказского узла".