Засекреченный свидетель дала противоречивые показания по делу "орджоникидзевского джамаата"

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Свидетель обвинения заявила о знакомстве со всеми подсудимыми по делу "орджоникидзевского джамаата", но на заседании суда смогла опознать только троих из девяти фигурантов, передает корреспондент "Кавказского узла".

"Кавказский узел" информировал, что 15 августа Северо-Кавказский окружной военный суд приступил к рассмотрению дела девяти жителей Ингушетии, обвиняемых в участии в незаконном вооруженном формировании "орджоникидзевский джамаат". На процессе восемь из девяти подсудимых заявили, что признательные показания давали под пытками. На заседании 4 октября защита заявила, что на одного из свидетелей оказано давление.

6 октября в суде в Ростове-на-Дону продолжилось рассмотрение дела девяти жителей Ингушетии, которые обвинены в участии в незаконном вооруженном формировании "орджоникидзевский джамаат". Заседание началось со значительным опозданием из-за позднего доставления подсудимых из СИЗО, передает корреспондент "Кавказского узла", присутствовавший на процессе.

В начале заседания адвокат Лечи Гадамаури Солс Мусостов заявил отвод составу суда, усмотрев в действиях судей обвинительный уклон. Отвод был отклонён.

Далее гособвинитель, несмотря на возражения защитника Мусостова, приступил к допросу засекреченного свидетеля под псевдонимом "Карина" - единственного заявленного обвинением свидетеля. На столе у судей стояла аудиоколонка, веб-камера и ноутбук, через который коллегия следила за свидетелем. Голос свидетеля был изменён, а сам он, по словам судей, наблюдал за залом через камеру.

В ходе ответов на вопросы прокурора "Карина" сказала, что все подсудимые ей знакомы. Уже на последующих вопросах "Карина" стала говорить о себе в мужском роде. Секретный свидетель не захотела отвечать на вопрос про обстоятельства знакомства с подсудимыми.

"Карина" сообщила, что ей известен Лечи Гадамаури под вторым именем "Шамхан" и известно о его участии в НВФ.

"Гадамаури является амиром, а остальные являются его подчинёнными", - сказала она.

Гадамаури "поступали приказы от Анзора Хациева – амира "сунженского сектора" через связных", отметила "Карина".

Отвечая на другие вопросы гособвинителя, свидетель заявила, что Албаков отвечал за схрон с оружием, Амриев - за оружие и боеприпасы, Опиев и Бузуртанов являлись связными между Хациевым и "Шамханом". При этом оружие и боеприпасы сама секретный свидетель не видела.

Адвокат Багаудина Опиева Инна Зыкова попросила "Карину" пояснить, какие приказы Опиев передавал Гадамаури.

"А я откуда знаю, какие приказы отдавались?" - ответила свидетель, сорвав аплодисменты подсудимых.

Затем защитник попросила "Карину" опознать подсудимых. Судья согласился и повернул в сторону стеклянной клетки веб-камеру. В итоге свидетель после длительных пауз опознала только Албакова, Амриева и Матиева, а имена и фамилии остальных перепутала, вызвав улыбки у всех собравшихся, даже конвоиров.

При ответах на остальные вопросы адвокатов "Карина" сказала, что под понятием НВФ понимает "бандитов и террористов", при этом цели данного НВФ ей известны не были. Свидетель сказала также, что ее допрашивали по данному делу "шесть-семь раз, последний раз - два месяца назад".

Отметим, что дело было передано в суд 13 июня, то есть почти 4 месяца назад.

Деятельность Илеза Цечоева, по словам "Карины", заключалась в том, что он "некоторое время перевозил Анзора Хациева на машине", однако сама свидетель этого не видела, а слышала от "некоторых ребят". Возраст Цечоева свидетель не назвала.

С Джохаром Цечоевым "Карина" знакома не была, но заверила, что в его обязанности в НВФ входила "слежка за полицейскими на разных машинах в начале 2016 года, зимой".

Тимур Матиев, по словам свидетеля, являлся кассиром НВФ, "наверное, собирал и выдавал деньги".

"В его функции входило собирать деньги, находить финансирование. Деньги собирал у тех, кто ему давал, кто давал – неизвестно", - объяснила "Карина".

Где хранились деньги, в какой валюте и в каких суммах, свидетель пояснить защите не смогла.

Ролью Амриева была "помощь Албакову в поиске оружия", он также "возил Гадамаури на своей машине", сказала свидетель. Когда именно Амриев мог перевозить Гадамаури, куда и для каких целей, "Карина" ответить затруднилась. С Илезом Торчхоевым свидетель оказалась не знакома, а Бузуртанов "выполнял роль связного", "ездил на машине, советской, тёмной".

Источник своей осведомлённости о деятельности подсудимых "Карина" несколько раз назвать отказалась, ссылаясь на то, что "переживает за свою безопасность".

"А почему вы поверили неким ребятам, почему сочли, что информация достоверная?" - обратилась к свидетелю адвокат Джохара Цечоева Светлана Богуславская.

"А почему я должен был не верить людям, если они говорят?" - после паузы ответила свидетель.

Она пояснила, что документальных подтверждений каких-либо преступлений со стороны подсудимых предоставить не может. "Карина" также сообщила, что не помнит, обращалась ли она к следователю за секретностью, но "боится, что будут угрожать".

После допроса гособвинитель попросил огласить показания "Карины" на предварительном следствии, с чем согласились судьи.

В двух протоколах допроса – от июня 2016 и апреля 2017 года - "Карина" заявляла, что "хорошо знает лично "Шамхана" по имени Лечи Гадамаури, знает, что приказы он получает от Анзора Хациева, в частности, через связных - Бузуртанова и Опиева". Остальные участники НВФ, помимо хранения боеприпасов и оружия, занимаются разведкой маршрутов передвижения полиции, а Анзор Хациев "должен был планировать акции по уничтожению полицейских", записано в протоколе допроса.

2 апреля "Карина" по фотографии опознала 4 из 9 подсудимых "по бровям, носу, ушам" и другим чертам лица.

Свидетель после оглашения сказала, что подтверждает показания на следствии, а в суде "забыла кое-что" и верить надо показаниям на следствии.

Рассмотрение дела продолжится в 11.00 мск 9 октября. Как ожидается, будут допрошены свидетели защиты со стороны Илеза Цечоева.

"Я оцениваю допрос "Карины" так: человек ничего не знает, просто дал те показания, которые были нужны следователям, а сам ни одного объективного факта не мог изложить. Ни одной даты, ни времени, ни места, ни того, с кем когда общался, он сказать не смог, и о том, какие противоправные действия кто-либо совершал тоже. Вы сами видели, что опознать всех он не смог. Я думаю, что он находился в комнате с оперативным сотрудником, который подсказывал ему ответы, для этого были нужны большие паузы между ответами", - прокомментировала заседание адвокат Инна Зыкова корреспонденту "Кавказского узла".

Комментариями других участников процесса относительно хода судебного слушания "Кавказский узел" пока не располагает.

"Кавказский узел" также сообщал, что в июне 2016 года за помощью в ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) обратились родные Лечи Гадамаури, которые заявили о его пытках и избиениях силовиками. Родные Гадамаури также пожаловались на его пытки в сообщении, поступившем 20 июня 2016 года на смс-сервис "Кавказского узла". Родственники и адвокат Гадамаури указывали, что следователи отказывались назначить ему медобследование в период пребывания в СИЗО Владикавказа.