Результаты переписи в Чечне: демографическое чудо, политический мираж или финансовая афера?

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Всероссийская перепись населения готовилась загодя, с полным сознанием исторической ответственности. Она призвана дать представительную картину новой России, вышедшей из десятилетия политических и экономических потрясений, и ее результаты станут базой для разработки стратегических решений власти на многие годы вперед.

Однако вопрос о том, проводить или нет перепись в Чечне, решился далеко не сразу. Строго говоря, мировая практика свидетельствует о бессмысленности организации подобных мероприятий на территориях с нестабильной обстановкой и тем более там, где тлеют вооруженные конфликты. Достоверных данных такие переписи обычно не дают. Но эта перепись - особая. Помимо чисто статистической задачи, она имеет еще и задачу политическую - как выясняется, важнейшую, и потому в конфликте между стремлением добиться пропагандистского эффекта и требованием достоверности последним было решено пожертвовать.

Эффект получился громоподобный. Перепись в Чеченской Республике провели ударными темпами, и уже к вечеру 14 октября, когда в других регионах России переписчики еще ходили по домам, были оглашены сенсационные цифры: в Чечне заполнено 1 млн 88 тыс 816 переписных листов. Отсюда следовало, что численность населения республики изрядно перевалила за миллион человек.

Однако удивление скоро сменилось сомнениями. Ранее уже сообщалось о том, какие опасения связывались с грядущей переписью в Чечне. Напомним, что министр Елагин открыто говорил об ожидаемых приписках и грозился каким-то образом контролировать достоверность результатов переписи. Впрочем, учитывая, что руководителем штаба по проведению переписи был назначен чиновник, абсолютно заинтересованный в получении как можно более высокого результата - лично глава правительства республики Ильясов - результат был практически предопределен. Интрига, собственно, состояла только в том, насколько велики будут приписки.

Пресс-служба правительства Чечни живописала, что первоначально в республику было доставлено только 975 тыс. комплектов переписных листов, причем предполагалось, что этого должно хватить, и останутся даже лишние, однако по ходу переписи пришлось срочно доставлять новые партии бланков, чтобы покрыть неожиданно выявившуюся потребность. Станислав Ильясов комментировал: "Дело в том, что для расчета необходимого числа переписных листов брались цифры 13-летней давности, времен Чечено-Ингушской АССР".

Действительно, предыдущая перепись 1989 г. проходила еще в условиях, когда Чечня и Ингушетия образовывали единый субъект, население которого составляло 1,27 млн человек. Из них на территории нынешней Чечни проживало около 1,1 миллиона. Более двух третей из них составляли чеченцы, а остальные - русские, ингуши, армяне, украинцы и представители других народов. Последующие события - возникновение дудаевского режима и Первая Чеченская война - вызвали первую волну миграции и привели к почти полному вытеснению из Чечни представителей иных народов, кроме чеченцев.

Год от года углублявшаяся разруха и анархия на территории маленькой республики никак не способствовали точности демографического мониторинга, и тем не менее приведем официальную цифру - в преддверии Второй Чеченской войны население республики, согласно "Российскому статистическому ежегоднику" за 1998 г., составляло всего-навсего 797 тыс человек. С учетом традиционно высокой рождаемости численность жителей Чечни к нынешнему моменту действительно могла бы перевалить за 950 тыс человек, хотя на нее не могли не повлиять последствия нынешней войны.

Официальные источники в Чечне подчеркивают, что результат переписи стал для них неожиданностью. Однако, скорее всего, все обстоит ровно наоборот, и подобный результат был запланирован заранее. Обратим внимание на то, что перепись происходила в преддверии второго чтения государственного бюджета 2003 года, запланированного на 18 октября. В этот день российским парламентариям предстояло утвердить, в частности, предложенные им цифры ассигнований на Федеральную целевую программу по восстановлению Чечни на будущий год. Программа заранее была согласовано правительством республики с Министерством финансов, Минэкономики и другими заинтересованными ведомствами, но 13 октября, когда заветная цифра численности населения еще не была достигнута, чеченский премьер (он же главный переписчик) Ильясов отказался сообщить "Интерфаксу" ее основные параметры. "Об итоговых цифрах говорить рано, поскольку еще предстоит проект утвердить в парламенте", - заметил он. Впрочем, Ильясов тут же раскрыл, по-видимому, главную околобюджетную интригу - по его словам, правительство Чечни выдвинуло предложение увеличить в 2003 г. объем ассигнований на Федеральную целевую программу, включив в нее остаток средств текущего года. "Мы не успеем освоить около 1 млрд руб., - объяснил он. - Но ведь объем работ остается, объекты для восстановления определены, работу-то надо делать".

Между тем собственные высказывания Ильясова в связи с переписью заставляют усомниться в том, что недоосвоенные средства предполагается направить именно на капитальное строительство и восстановление каких-то объектов. "Вы знаете, что более 200 тысяч наших жителей записаны за нашей соседней республикой Ингушетией, - говорил чеченский премьер журналистам перед началом переписи. - И мы должны восстановить справедливость, потому что цена вопроса - это почти 1,5 миллиарда рублей нашего бюджета". Похоже, что судьба этих денег - раствориться в бездонной бочке под названием "расходы на социальные нужды", т.е. быть списанными как потраченные на разного рода пособия и т.п. для внезапно удвоившегося населения.

Где массовое народное бедствие, там и приписки - это давно уже в порядке вещей. Так, в начале августа Главное контрольное управление президента выявило беспардонное завышение размеров ущерба в субъектах Южного федерального округа, пострадавших этим летом от наводнения. В Дагестане приписки достигали 59 процентов, в Республике Ингушетия - 34,9 процента, в Адыгее - 30 процентов. Разумеется, не все средства, которые тамошние власти рассчитывали получить таким образом, были бы разворованы; кое-что пошло бы на латание дыр в соответствующих бюджетах, но это не меняет дела. Пусть в Чечне механизм выделения и последующего нецелевого использования средств несколько иной; главное здесь - манипулирование статистикой с целью убедить центр в том, что в регионе имеется большое количество граждан, нуждающихся в немедленной финансовой поддержке. В Чеченской Республике таковыми являются практически все граждане, неудивительно поэтому, что там приписки достигают гомерических размеров.

Завышение численности получателей социальной помощи систематически происходило там и раньше. Так накануне переписи председатель чеченского Госкомстата Рамзан Дигаев рассказывал "Газете", что за последние два года в республике резко увеличилось число детей и пенсионеров, которые получают дотации из бюджета. "Наши женщины просто физически не смогли бы родить столько, сколько сейчас написано на бумаге, - негодовал он. - С пенсионерами вообще дошло до абсурда. В одном из районов в списке получателей пенсии есть даже 156-летний старик. Кавказцы, конечно, долгожители, но не до такой же степени". Впрочем, завышенная численность детей и пенсионеров пришлась очень даже кстати, когда Станислав Ильясов убеждал прессу, что общее население Чечни, рассчитанное пропорционально от числа "старых да малых", как раз и должно составлять более миллиона человек.

Итак, операция "деньги в обмен на мертвые души", по-видимому, прошла успешно. Центр дает чеченскому руководству щедрый аванс - контроля достоверности переписи, скорее всего, не будет, ее данные принимаются на веру, и делается это прежде всего из политических соображений. Это стало ясно уже 16 октября, когда пресс-секретарь Станислава Ильясова Алла Влазнева сообщила корреспонденту ИТАР-ТАСС, что данные переписи по Чечне считаются окончательными и "уже не будут уточняться". И в тот же день федеральный министр по делам национальной политики Владимир Зорин дал официальную трактовку демографическому взрыву в Чечне. По его словам, невероятное увеличение численности населения в республике связано, прежде всего, с усилиями по возвращению в Чечню вынужденных переселенцев. Впрочем, тут же оговорился министр, результаты переписи в республике "имеют не столько социально-экономическое, сколько политическое значение. Они показали, что чеченский народ, несмотря на все тяжелые события последних лет, мыслит себя в составе РФ и хочет жить на родине".